«Хулиган»

На просторах одной отечественной социальной сети стал свидетелем одного случая...
В одном из московских домов, где воздух всегда был пропитан запахом старых книг и свежезаваренного чая, однажды собрались представители столичной интеллигенции. Хозяин, человек с благородной сединой и проницательным взглядом, с особым любованием рассказывал о духовных ценностях, о важности этических устремлений и о том, что манера общения в их кругу — недосягаемый эталон для прочих. Гости, кивая с понимающей улыбкой, подхватывали его мысли, словно это были аксиомы, не требующие доказательств.

Однако по мере того как вечер переходил в ночь, в речах некоторых из них начали проскальзывать нотки, которые трудно было не заметить. С особенной брезгливостью и даже презрением они говорили о «простых людях», называя их не иначе как «быдлом». В этих словах звучал не просто снобизм, а нечто большее — своего рода шовинизм, основанный на убеждённости в собственной исключительности. Казалось, что для этих людей высокая культура стала не мостом к другим, а стеной, отделяющей их от «низших» слоёв общества.

Прошло несколько дней. И вот однажды автор поста решил, что его запись, в которой с таким восторгом описывался этот вечер и «высоконравственный» стиль общения, должна исчезнуть со страницы. Возможно, совесть всё же напомнила о себе, или же ему стало неловко за проявленную двойственность. Но факт оставался фактом: маска интеллигентности на мгновение сползла, обнажив лицо хулигана — человека, который прикрывает свою внутреннюю пустоту и высокомерие красивыми словами.

Этот случай стал для наблюдателя лишь маленьким штрихом к большой картине жизни. Он напомнил о том, что истинная культура и нравственность заключаются не в словах и манерах, а в сердце. И что самый страшный хулиган — не тот, кто шумит на улице, а тот, кто с улыбкой на лице презирает ближнего своего.

 

Хулиганы

Мамаша, успокойтесь, он не хулиган,
Он не пристанет к вам на полустанке,
В войну Малахов помните курган?
С гранатами такие шли под танки.

Такие строили дороги и мосты,
Каналы рыли, шахты и траншеи.
Всегда в грязи, но души их чисты,
Навеки жилы напряглись на шее.

Что за манера – сразу за наган,
Что за привычка – сразу на колени.
Ушел из жизни Маяковский – хулиган,
Ушел из жизни хулиган Есенин.

Чтоб мы не унижались за гроши,
Чтоб мы не жили, мать, по-идиотски,
Ушел из жизни хулиган Шукшин,
Ушел из жизни хулиган Высоцкий.

Мы живы, а они ушли туда,
Взяв на себя все боли наши, раны…
Горит на небе новая Звезда,
Её зажгли, конечно, хулиганы.